Меня это всё дико вымораживает и хочется высказаться...

…но я не знаю, с чего начать и не уве­рен, что смо­гу вер­но пере­дать кон­текст. И у меня нет пла­на для пол­но­цен­но­го лон­гри­да, что­бы это было инте­ре­сно читать, пото­му я думаю, что из моих слов полу­чи­тся какая-то хуй­ня. Но тем не менее.

Я тут сижу и пыта­юсь подго­то­ви­ться к оче­ре­дно­му интер­вью, что­бы най­ти рабо­ту в Гер­ма­нии, пото­му что моя теку­щая уда­лён­ка не позво­ля­ет мне пла­тить нало­ги и после это­го нор­маль­но суще­ство­вать. Коне­чно, я разго­ва­ри­вал (несколь­ко раз) со своим теку­щим заказ­чи­ком, но он в упор отка­зал­ся поднять мне став­ку. Но это разго­вор для отдель­ной темы. В это вре­мя ко мне в ком­на­ту с утра хера­чат шва­брой, пото­му что, блядь, в поне­дель­ник утром сосе­ди-бежен­цы реши­ли помыть полы, орут дети, ара­бы обща­ю­тся со свои­ми (види­мо) род­ствен­ни­ка­ми или дру­зья­ми по гром­кой свя­зи, кто-то вклю­чил музыку на фоне, дру­гой же вывел свою пре­ста­ре­лую выжив­шую из ума мать и поса­дил в кре­сло на вхо­де дышать све­жим возду­хом, и теперь она уже часа два разго­ва­ри­ва­ет сама с собой, и каки­ми бы заши­бен­ными софт-скил­ла­ми я не обла­дал, у меня не полу­ча­е­тся уго­во­рить всех этих людей зава­лить ебаль­ни­ки и не мешать мне работать.

Основ­ная про­бле­ма, как мне каже­тся, в том, что этим людям нехуй делать. У всех сей­час тяжёлая ситу­а­ция, люди бежат от вой­ны, спа­са­ют свои жизни. Но вот они при­е­ха­ли, сели на соци­ал и… на этом всё. А нахуя чем-то зани­ма­ться, если госу­дар­ство за тебя пла­тит? У тебя есть крыша над голо­вой, опла­че­на стра­хов­ка, есть день­ги на еду и какой-ника­кой шмот. Да, их обя­за­ли ходить на языко­вые кур­сы. Дли­лись они что-то типа пару меся­цев, не уве­рен сколь­ко точно, но они уже закон­чи­лись, и боль­шин­ство из них не освои­ло при­мер­но нихуя. Я думаю, пото­му что оно им не надо. Я часто слышу, как при­хо­дит один мой сосед, в возра­сте, но не ста­рый, и козыря­ет фра­за­ми ​“Guten Tag” и ​“Danke Schön”. Мне каже­тся, это всё, что ему уда­лось выу­чить. Он загля­дыва­ет ко мне пери­о­ди­че­ски, когда у него какие-то про­бле­мы с теле­фо­ном или когда при­шло письмо и он не вру­ба­е­тся, что в нём напи­са­но. Пона­ча­лу он ещё при­хо­дил с зада­ни­я­ми по неме­цко­му, но я ему несколь­ко раз мяг­ко дал понять, что како­го хуя, и он перестал.

Пер­вый кринж я сло­вил, когда ехал в авто­бу­се, так вышло, с тол­пой жен­щин-пере­се­ле­нок. Они весе­ло ржа­ли всю доро­гу, а потом одна из них рас­ска­за­ла всем кул-сто­ри о том, как её подру­га толь­ко при­е­ха­ла в Гер­ма­нию и уже успе­ла выско­чить замуж за нем­ца. Не уве­рен в прав­ди­во­сти, но суть не в этом, осталь­ные деву­шки-жен­щи­ны-тётки ста­ли весе­ло улю­лю­кать и визжать. Ведь вот оно, жен­ское сча­стье, вые­хать в евро­пы и вый­ти замуж за евро­пей­ца. Жизнь уда­лась. А я ехал, крин­же­вал и вспо­ми­нал своих кол­лег, кото­рые пре­став­ля­ют гора­здо боль­шую цен­ность для чело­ве­че­ства, чем базар­ные баб­ки, но их тупо не выпу­ска­ют из стра­ны и они выну­жде­ны рабо­тать под сире­на­ми и пря­чась от при­лётов. Этот кринж был пер­вым, но дале­ко не последним.

Возмо­жно, мне стои­ло послать всё нахуй, сесть на соци­ал и рас­сла­бить бул­ки. Стра­дать хуй­нёй, как окру­жа­ю­щие и кай­фо­вать по жизни. Но я ж ​“дохуя умный”, пото­му я про­дол­жал рабо­тать. За всё вре­мя с нача­ла вой­ны, я не делал пере­рывов в рабо­те более пары дней в сло­жные момен­ты, да и вооб­ще вся­кие пере­е­зды пла­ни­ро­вал на выхо­дные, что­бы не выби­ва­ться из гра­фи­ка. Потом заре­ги­стри­ро­вал­ся тут как само­за­ня­тый. И, зна­е­те, я имею кучу голов­ня­ка и нихуя непо­ня­тных пер­спе­ктив, неже­ли люди, кото­рые про­сто нихуя не дела­ют. Я думаю, что я посту­пил как дол­бо­ёб. Ну то есть, на жизнь мне сей­час кое-как хва­та­ет, но вот мне не с чего, напри­мер, запла­тить нало­ги. И я жду письма из финан­цам­та и даль­ше не ебу, что делать.

К сча­стью, у меня хоро­шие нау­шни­ки с noise cancelling, и они обре­за­ют боль­шую часть вне­шне­го шума. Но я не знаю, что мне делать с микро­фо­ном на интер­вью. Когда у меня спра­ши­ва­ют, мол, а что, это ваши дети? А я гово­рю, нет, у меня нет детей, но тут сто­пя­тьсот бежен­цев в сосе­дних ком­на­тах (…и они пиздец как меня зае­ба­ли, я про­сто хочу спо­кой­но работать).

Я сей­час наби­ваю этот текст и они сно­ва вклю­чи­ли пыле­сос. Не знаю, что можно пыле­со­сить в одной ком­на­те тре­тий день подряд. Возмо­жно, это тот пре­сло­ву­тый ​“сосед с дре­лью”. Но за неи­ме­ни­ем дрели…

Через три часа у меня оче­ре­дное интер­вью, кото­рое я в оче­ре­дной раз про­ва­лю, это как-то нужно сов­ме­стить с рабо­той на теку­ще­го заказ­чи­ка, и парал­лель­но разре­шить кучу дру­го­го голов­ня­ка. Я пиздец как зае­бал­ся от это­го все­го, но ниче­го не могу с этим сде­лать. У меня нет денег, что­бы снять себе хоть какое-то отдель­ное жильё, ковор­кин­гов тут нихуя нет, уеди­ни­ться нет возмо­жно­сти. Хуй пой­ми что. Нажрал­ся с утра тран­кви­ли­за­то­ров, но это не силь­но лечит (но силь­но вли­я­ет на когни­тив­ные фун­кции), когда живёшь в пер­ма­нен­тном стрес­се. Он на всех уров­нях: от стра­ха ядер­ной вой­ны до стра­ха не запла­тить нало­ги, от нена­ви­сти к рашке кото­рая испо­га­ни­ла мне жизнь до пре­зре­ния к соо­те­че­ствен­ни­кам кото­рые ведут себя макси­маль­но кон­че­но. Все и всё зае­ба­ло, хоче­тся про­сто покоя. Я не выво­жу. Мне макси­маль­но плохо.