Передайте товарищу Путину - произошла чудовищная ошибка!

Да мы и сейчас…

Лучшие фра­гмен­ты вот:
Мы еще даже не до кон­ца пони­ма­ли, что прои­зо­шло, но Олег у меня все­гда тре­зво мыслит и быстро реа­ги­ру­ет в экстрен­ных ситу­а­ци­ях — и он сра­зу ска­зал, что нужно не пани­ко­вать, а зво­нить в орга­ны. Сам позво­нил в ФСБ по Санкт-Петер­бур­гу — и сам же туда пое­хал, что­бы пре­до­ста­вить всю инфор­ма­цию. Они еще и не сра­зу поня­ли его — при­шлось их убе­ждать. Он им так и ска­зал: у меня есть очень важная инфор­ма­ция, кото­рая, возмо­жно, помо­жет най­ти преступников.
На самом деле на Литей­ном ока­за­лись отли­чные сотру­дни­ки. Я все пере­жи­ва­ла, как он там, но он мне писал, что все хоро­шо: его покор­ми­ли, обра­ща­ю­тся вежли­во. Ска­за­ли ему: «Вот бы все таки­ми созна­тель­ными были». А сра­зу после Литей­но­го они все [сотру­дни­ки ФСБ] при­е­ха­ли к нам домой. В ночи. Я сиде­ла на кухне с сыном, а люди рабо­та­ли в зале. Фото­гра­фи­ро­ва­ли там что-то. Загля­ну­ли на кухню, посмо­тре­ли, что [мы с ребен­ком] спим, и ушли. Спа­си­бо тем сотру­дни­кам, силь­но они не шумели.
[После пер­во­го допро­са и обыска] мы жили обычной жизнью. Мужу мно­го кто зво­нил в те дни, но ком­мен­та­рии он нико­му [из СМИ] не давал. Из-за тай­ны след­ствия. А потом они про­сто при­шли к нам домой. Тем утром я пла­ка­ла: они ведь забра­ли Оле­га не с ули­цы, а пря­мо из нашей квар­ти­ры. Мы их сами пусти­ли! Оле­гу даже в голо­ву не при­шло, что его могут увез­ти из дома.
На засе­да­нии в октя­бре сле­до­ва­тель попро­сил задер­жать Оле­га на месяц и 24 дня. Мы писа­ли жало­бы, что задер­жа­ние неза­кон­но. Муж мно­го раз писал в СК [что хочет дать допол­ни­тель­ные пока­за­ния]. Но все без­ре­зуль­та­тно. Ему ото­всю­ду при­шли отка­зы. Он все эти письма при­вез с собой в суд [на после­днее засе­да­ние по про­дле­нию аре­ста]: дер­жал в руках, что­бы пока­зать, сколь­ко их набралось.
Ско­рее все­го, его обви­ня­ют, пото­му что боль­ше неко­го. Все, кто сам при­шел в ФСБ, кто не пря­тал­ся и не убе­гал, — всех их и задер­жа­ли. А мы вооб­ще-то помо­чь хоте­ли [след­ствию].
Он опа­са­е­тся, что, пока веде­тся след­ствие по его делу, насто­я­щие тер­ро­ри­сты где-то ходят. Что вся след­ствен­ная груп­па тра­тит свои силы на неви­нов­ных людей. Он гово­рил в суде, что «сей­час, в непро­стое вре­мя, нужно всем спло­ти­ться и напра­вить свои силы на борьбу с преступностью».

Он опа­са­е­тся, что, пока веде­тся след­ствие по его делу, насто­я­щие тер­ро­ри­сты где-то ходят. Что вся след­ствен­ная груп­па тра­тит свои силы на неви­нов­ных людей. Он гово­рил в суде, что «сей­час, в непро­стое вре­мя, нужно всем спло­ти­ться и напра­вить свои силы на борьбу с преступностью».

Боже, яке кон­че­не. Спо­ді­ва­юсь, його посадять